Все годы существования системы апартеида так называемая «прогрессивная общественность» его осуждала и поддерживала «освободительную борьбу» всевозможных местных борцов, самым любимым среди которых был Нельсон Мандела — открытый марксист и сталинист.
В 1940 году Манделу отчислили из колледжа, и вскоре он сформировал Молодёжную лигу Африканского национального конгресса. С этого момента началась радикализация «чёрного» движения. Молодые активисты организовывали шумные пикеты, демонстрации и забастовки. Деньги на это, что характерно, выделяли темнокожие предприниматели, многие из которых имели неплохие доходы (режим апартеида был в действительности не таким уж жёстким и обеспечивал «аборигенам» куда более высокий уровень жизни, чем в соседних африканских государствах).
В 1961 году Нельсон возглавил вооруженное крыло АНК – организацию «Умконто ве сизве», что в переводе с языка зулу означало «Копье нации». Это копье было нацелено на такие «символы апартеида» как паспортные столы, суды, отделения почты и правительственные учреждения, которые предполагалось взрывать. Правда, Манделой высказывалось пожелание, чтобы взрывы обходились без человеческих жертв. Однако путь террора редко бывает бескровным.
В 1940 году Манделу отчислили из колледжа, и вскоре он сформировал Молодёжную лигу Африканского национального конгресса. С этого момента началась радикализация «чёрного» движения. Молодые активисты организовывали шумные пикеты, демонстрации и забастовки. Деньги на это, что характерно, выделяли темнокожие предприниматели, многие из которых имели неплохие доходы (режим апартеида был в действительности не таким уж жёстким и обеспечивал «аборигенам» куда более высокий уровень жизни, чем в соседних африканских государствах).
В 1961 году Нельсон возглавил вооруженное крыло АНК – организацию «Умконто ве сизве», что в переводе с языка зулу означало «Копье нации». Это копье было нацелено на такие «символы апартеида» как паспортные столы, суды, отделения почты и правительственные учреждения, которые предполагалось взрывать. Правда, Манделой высказывалось пожелание, чтобы взрывы обходились без человеческих жертв. Однако путь террора редко бывает бескровным.
