воскресенье, 25 декабря 2016 г.

Преступления Советской Армии в Афганистане (воспоминания ветеранов)

Война в Афганистане продлилась с 25 декабря 1979 г. до 15 февраля 1989 г. В ноябре 1989 г. Верховный Совет СССР объявил амнистию в отношении всех преступлений, совершённых советскими военнослужащими в Афганистане.

Советские солдаты убивают афганцев.

"...в кишлаке один из сержантов, не скрывая эмоций, заметил, что «молодки хороши».
Слова сержанта подобно искре подпалили всех остальных, и тогда он, сбросив шинель, двинулся на одну из женщин:
- Греби, ребята!
На глазах у аксакалов и у детей наши интернационалисты вдоволь наиздевались над женщинами. Изнасилование продолжалось два часа. Детишки, сбившись в угол, кричали и визжали, пытаясь как-то помочь матерям. Старики, дрожа, молились, прося своего Бога о пощаде и спасении.
Потом сержант скомандовал: «Огонь!» - и первым выстрелил в женщину, которую только что насиловал. Быстро добили и всех остальных. Затем по приказу К. слили из бензобака БМП горючее, облили им трупы, забросали их одеждой и тряпьём, попавшимся под руку, в ход пошла и скудная деревянная мебель - и подожгли. Внутри саманки заполыхало пламя..."


"...приказ: колодцы, которые мы обнаружим, травить. Пусть дохнут к чертовой матери!
А как травить? Берёшь живую собаку, например. И бросаешь туда. Трупный яд свою работу потом сделает..."

"...с ножами всегда были мы.
- Почему?
- А потому что. Кто увидел группу - тот не жилец!
- Что это значит?
- Это - закон спецназа. Когда группа на задании, её не должен видеть никто. Хотя человека непросто убить. Особенно, когда не какой-нибудь там озверевший душман, а стоит старик и на тебя смотрит. И все равно. Кто группу увидел - тот не жилец. Это был железный закон..."

Работа спецназа. Расстрелянная афганская семья в районе кишлака Гарсалай (Кандагар, 1985г.). На фотографии пять трупов: трое мужчин, женщина и девочка. Судя по расположению тел, женщина пыталась закрыть собой девочку.

"...да на караванах, берешь на мушку и рукой показываешь, сюда, мол, иди. Он подходит, обыскиваешь его, и что с ним дальше делать? В кучу их собирать? Связывать? Сидеть с ними, охранять? Зачем это нужно? Обыскали и всё - в расход. Ножами. В конце концов чувство жалости в нас пропадало, оно истреблялось. Практически, его не было совершенно. Доходило до таких ситуаций, когда даже спорили друг с другом, типа того, мол, ты же прошлый раз убирал, дай теперь я..."

"...откуда взялась эта девочка в овечьем полушубке с парой или тройкой овечек?
Лёха, увидев перемещение впереди себя, и поняв, что группа обнаружена, выполнил свою боевую задачу - прицелился и выстрелил.
Хлопок. Метко выстрелил. Пуля УС[с уменьшеннаой скоростью] калибра 7.62 влетела девочке в голову, изуродовав это божье создание до неузнаваемости. Прапорщик хладнокровно толкнул тельце ногой, чтобы проверить руки у трупа. В них ничего нет, кроме прутика.
Я видел только краем глаза, как ещё дёргалась маленькая, какая-то несуразная, ножка. А потом резко застыла..."

"...мы привязали афганца верёвкой к БТРу и тягали его за собой целый день как мешок, по дороге стреляли в него из автоматов, а когда от него осталась одна нога и полтуловища, обрезали верёвку..."

"...начался обстрел кишлака из артдивизиона, а пехоте сказано было готовиться к прочёске. Жители поначалу кинулись к расщелине, но подход к ней был заминирован, и они начали подрываться на минах, после чего бросились обратно в кишлак.
Нам сверху было видно, как они мечутся по кишлаку среди взрывов. Дальше вообще началась х...ня непонятная, все мирные, оставшиеся в живых, бросились прямо на наши блоки. Мы все ох...ели! Что делать?! И тут кто-то из нас влупил из пулемета по толпе, и все остальные начали палить. По мирным-то..."

С пленными возни полно. Находились желающие пустить в расход, с удовольствием, разными способами

"...вспомнив горящие кишлаки и крики мирных жителей, пытавшихся спастись от пуль и взрывов. Перед глазами стояли жуткие картины: трупы детей стариков и женщин, лязг танковых гусениц, наматывающих кишки на траки, хруст человеческих костей под натиском многотонной махины, а вокруг кровь, огонь и пальба..."

"...иногда подвешивали в резиновой петле к стволу танковой пушки, чтобы человек мог только–только касаться земли пальцами ног. К другим цепляли провода полевого телефона и крутили ручку, вырабатывая ток..."

"...за всё время службы в Афганистане (почти полтора года) начиная с декабря 1979г. я наслушался столько историй, как наши десантники убивали просто так гражданское население, что их просто не счесть, и ни разу не слышал, чтобы наши солдаты спасли кого-то из афганцев – в солдатской среде такой поступок был бы расценён как пособничество врагам.
Ещё в ходе декабрьского переворота в Кабуле, который длился всю ночь 27 декабря 1979г, некоторые десантники стреляли в безоружных людей, кого видели на улицах – потом без тени сожаления весело вспоминали об этом как о забавных случаях..."

"...через два месяца после ввода войск - 29 февраля 1980г. - в провинции Кунар началась первая боевая операция. Основной ударной силой были десантники нашего полка – 300 солдат, которые десантировались с вертолётов на высокогорном плато и пошли вниз наводить порядок. Как мне рассказывали участники той операции, порядок наводили следующим образом: в кишлаках уничтожали запасы продовольствия, убивали весь скот; обычно, прежде чем войти в дом, туда бросали гранату, затем стреляли веером во все стороны - только после этого смотрели, кто же там находился; всех мужчин и даже подростков сразу расстреливали на месте. Операция длилась почти две недели, сколько тогда убили людей – никто не считал..."

 Трупы трёх афганцев, принятых за "духов" - двое мужчин и женщина

"...во второй половине декабря 1980 года окружили полукольцом крупный населённый пункт (предположительно Таринкот). Так стояли около трёх дней. К этому времени подвезли артиллерию и установки залпового огня "Град".
20 декабря операция началась: по населённому пункту был нанесён удар из "Града" и артиллерии. После первых же залпов кишлак погрузился в сплошное облако пыли. Обстрел населённого пункта продолжался практически непрерывно. Жители, чтобы спастись от разрывов снарядов, побежали из кишлака в поле. Но там их стали расстреливать из пулемётов, орудий БМД, безостановочно вели огонь четыре "Шилки" (самоходные установки с четырьмя спаренными крупнокалиберными пулемётами), почти все солдаты стреляли из своих автоматов, убивая всех: в том числе и женщин, и детей.
После артобстрела бригада зашла в кишлак, и там добила остальных жителей. Когда боевая операция закончилась, вся земля вокруг была усыпана трупами людей. Насчитали что-то около трёх тысяч тел..."

"...то, что творили наши десантники в отдалённых районах Афганистана – это был полный произвол. С лета 1980г. в провинцию Кандагар для патрулирования территории был направлен 3-й батальон нашего полка. Никого не опасаясь, они спокойно ездили по дорогам и пустыне Кандагара и могли безо всяких выяснений убить любого человека, повстречавшегося на их пути..."

"...афганец шёл своей дорогой. Из оружия у афганца была только палка, которой он погонял осла. Как раз по этой дороге ехала колонна наших десантников. Его убили просто так, автоматной очередью, не сходя с брони БМДшек.
Колонна остановилась. Один десантник подошёл и отрезал у убитого афганца уши - на память о своих боевых подвигах. Затем под труп афганца установили мину, для того, кто обнаружит это тело. Только на этот раз задумка не сработала - когда колонна тронулась, кто-то не удержался и напоследок из пулемёта дал очередь по трупу - мина взорвалась и разорвала тело афганца на куски..."

Расстрелянные афганцы. Оставлены у дороги для устрашения.

"...встречавшиеся караваны обыскивали, и если находили оружие, то убивали всех людей, кто был в караване. А когда у путников никакого оружия не было, то, иной раз, применяли верный отработанный трюк – во время обыска незаметно из своего кармана вытаскивали патрон, и, делая вид, будто этот патрон нашли в кармане или в вещах афганца, предъявляли его афганцу как доказательство его вины.
Теперь можно было и поиздеваться: послушав, как человек горячо оправдывается, убеждая что патрон не его, начинали его избивать, затем смотрели, как он на коленях умоляет пощадить, но опять били и под конец - всё равно расстреливали. Следом убивали остальных людей, кто был в караване..."

"...всё началось с того, что 22 февраля 1980г., в Кабуле прямо среди бела дня был убит ст.лейтенант Александр Вовк - старший инструктор по комсомолу политотдела 103-й воздушно-десантной дивизии.
Это случилось возле "Зелёного рынка", куда Вовк приехал на УАЗике вместе с начальником ПВО 103-й ВДД полковником Юрием Двугрошевым. Никакого задания они не выполняли, а, скорее всего, просто хотели что-то купить на рынке. Они находились в машине, когда неожиданно был произведён один выстрел -пуля попала в Вовка. Двугрошев и солдат-водитель даже не поняли, откуда стреляли, и быстро покинули это место. Однако ранение Вовка оказалось смертельным, и он почти сразу скончался.
А далее произошло то, что и всколыхнуло весь город. Узнав о гибели своего боевого товарища, группа офицеров и прапорщиков 357-го парашютно-десантного полка во главе с зам.командира полка майором Виталием Забабуриным сели в БТРы и отправились к месту происшествия на разборку с местными жителями. Но, приехав на место, они не стали утруждать себя поиском виновника, а на горячую голову решили просто наказать всех, кто там находился. Двигаясь вдоль улицы, они начали громить и сокрушать всё на своём пути: забрасывали дома гранатами, стреляли из автоматов и из пулемётов на БТРах. Под горячую руку офицеров попали десятки невинных людей.
Расправа закончилась, но весть о кровавом погроме быстро облетела весь город. Улицы Кабула стали наводнять тысячи негодующих горожан, начались беспорядки. В это время я находился на территории правительственной резиденции, за высокой каменной стеной дворца Народов. Никогда не забуду тот дикий вой толпы, вселяющий страх, от которого кровь стыла в жилах. Ощущения были самыми жуткими…
Мятеж был подавлен в течение двух дней. Погибли сотни жителей Кабула. Однако настоящие зачинщики тех беспорядков, устроившие расправу над невинными людьми, так и остались в тени..."

"Духов" скинули в кювет

"...один из батальонов взял пленных, загрузил в МИ-8 и отправил на базу. Передав по рации, что их направили в бригадную. Получивший радиограмму старший офицер бригады спросил:
- На х....я они мне здесь нужны?
Связались с сопровождающим офицером, летящим в салоне вертолета. Тот и сам не знал, что делать с пленными и решил отпустить их. С высоты в 2000 метров..."

"...единственная более-менее весомая причина, вынуждавшая спецназовцев убивать мирных афганцев была обусловлена "мерами предосторожности". Находясь в пустыне или горах на выполнении боевого задания в отрыве от главных сил, любая группа спецназа не могла допустить, чтобы ее местопребывание было раскрыто. От случайного путника, будь то пастух или сборщик хвороста, заметившего засаду спецназа или его стоянку, исходила вполне реальная угроза..."

"...во время облета нашей зоны ответственности афганский автобус после третьей предупредительной очереди не остановился. Ну, и "размочили" его с НУРСов и пулеметов, а там оказались старики, женщины и дети. Всего сорок три трупа. Мы потом подсчитали. Один водитель жив остался..."

Убитые афганцы. Рядом идут советские солдаты

"...наша группа открыла огонь по каравану по приказу лейтенанта. Я слышал крики женщин. После осмотра трупов стало ясно, что караван мирный..."

"...старший лейтенант Володя Молчанов, его от нашего батальона в 1980 году представляли к Герою - мусульман ненавидел. В ущелье сбрасывал афганцев, кладя им в карманы гранаты, те даже до земли не долетали..."

"...лагерь, построение. Замкомбата речь толкает:
- Вылетаем на опиумные кишлаки, стреляют все - женщины, дети. Мирных жителей - нет!
Команду поняли - работать на уничтожение.
Десантировались с вертолётов. С воздуха, прикрытия никакого, начинается зачистка:
- Тра-та-та! Тра-та-та!
Стрельба со всех сторон, непонятка, падаешь, кидаешь гранату за дувал:
- Бабах!!!
Прыгаешь, стреляешь, пыль, крики, трупы под ногами, кровь на стенах. Как машина, ни минуты на месте, прыг, скок. Кишлак большой. В оптике женщины в платках, дети. Никакого замешательства, нажимаешь на курок. Целый день чистили..."

"...однажды нас подняли на пяти "вертушках" … Выбросили вблизи горного кишлака. Ну, растянулись мы группами и, попарно взаимодействуя, пошли чесать кишлак.
Практически, стреляли во всё, что шевелилось. Прежде чем войти за дувал или куда угодно, вообще, прежде чем посмотреть или заглянуть куда угодно, обязательно бросаешь гранату -"эфку" или РГД. И вот кидаешь, входишь, а там - женщины и ребятишки..."

Уничтоженный без всяких выяснений афганский караван.

"...солдаты пилили и рубили яблони, груши, айву, орешник. Деревья в два обхвата подрывали пластидом, чтобы долго не мучиться. Подошедший на подмогу тягач заваливал массивные заборы-дувалы. Постепенно мы отвоевывали жизненное пространство для построения "народной" властью социализма в средневековом обществе. Наши обнаглели и заелись до такой степени, что отбирали лишь самые крупные и сочные виноградины, а остальные выбрасывали. Зеленая масса хлюпала под ногами. Кроссовки покрылись сладкой оболочкой, превратившись в приманку для пчел и ос. Бойцы порой даже руки мыли виноградом.
Нам - раздолье, а местным дехканам (крестьянам) - горе и слезы. Единственные средства к существованию ведь. Доломав придорожные кишлаки, заминировав кяризы и подорвав подозрительные развалины, взвода и роты теперь выползали на шоссе. Жмущиеся к обочине афганцы с ужасом смотрели на результаты нашего вторжения в "зеленку". Они тревожно переговаривались между собой, видимо, переживали. Вот пришли эти цивилизованные люди и разрушили их родные трущобы.
Колонна медленно двинулась в сторону Кабула, с осознанием выполненного долга..."

"...батальоны на следующий день спустились с гор в аул. Через него шёл маршрут к поджидавшей в долине технике. Жизнь после нашего посещения кишлака замерла окончательно. Коровы, лошади, ослы лежали всюду, тут и там, расстрелянные из автоматов. Это десантники выместили на них накопившуюся злость и ярость. После того как мы покинули поселение, крыши домов и сараев во дворах дымились и горели.
Чёрт! Эти жилища и не подожжешь толком. Одна глина и камни. Глиняный пол, глиняные стены, глиняные ступени. Горят только циновки на полу, да плетенные из виноградной лозы и веток кровати. Убогость и нищета вокруг. Парадокс! По нашей марксистской идеологии тут живут как раз те люди, ради которых затевался пожар мировой революции. Это их интересы Советская Армия прибыла защищать, выполняя интернациональный долг..."

Вертолёт без выяснений уничтожает афганские грузовики

"...мне тоже приходилось участвовать в переговорах с полевыми командирами. Я обычно вывешивал карту Афганистана с обозначением мест сосредоточения душманских отрядов, показывал на неё и спрашивал:
- Ахмад, видишь эти два кишлака? Нам известно, что в одном у тебя живут три жены и одиннадцать детей. В другом - еще две жены и три ребёнка. Видишь, рядом стоят два дивизиона реактивных установок залпового огня «Град». Один выстрел с твоей стороны, и кишлаки с женами и детьми уничтожат. Понял?..."

"...с воздуха нельзя было оценить преподносившиеся в сводках успехи, но продолжившие путь к перевалу войска провожали сотни тел погибших мирных жителей, вынесенных к дороге афганцами, дабы мы могли вдоволь насладиться созерцанием того, что натворили..."

"...они поехали втроём на водовозке к реке. Черпают вёдрами. Процесс длинный. На другом берегу, девчонка появляется. Изнасиловали, убили - её и деда старого. Пытался помешать. Кишлак сорвался, ушёл в Пакистан. Новые бойцы - и вербовать не надо..."

"...сам престиж службы в подразделениях советской военной разведки ко многому обязывал каждого солдата и офицера спецназа. Вопросы идеологии и политики их интересовали мало. Они не мучились проблемой, "насколько моральна эта война". Такие понятия, как "интернационализм", "долг по оказанию помощи братскому народу Афганистана" для спецназовцев были лишь политической фразеологией, пустым звуком. Требования соблюдать законность и гуманность по отношению к местному населению воспринимались многими спецназовцами как вещь, несовместимая с приказом дать результат..."

"...нам потом уже дома медальки давали "От благодарного афганского народа". Черный юмор!
На вручении в районной администрации (было человек сто наших) я попросил слово и спросил:
- Кто из присутствующих видел этих благодарных [афганцев]?
Военком эту тему сходу закрыл, что-то типа, - "Вот из-за таких..." - но и мужики меня не поддержали. Не знаю почему, может за льготы боялись..."

По материалам http://afghan-war-soldiers.ru/index.html#veteran

1 комментарий :

  1. Душманы действительно к своим зверским акциям привлекали мирное афганское население, которое, похоже, с большой охотой участвовало в глумлении над нашими военнослужащими. Так произошло с раненными солдатами роты нашего спецназа, в апреле 1985 года попавшей в душманскую засаду в ущелье Маравары, близ пакистанской границы. Рота без должного прикрытия вошла в один из афганских кишлаков, после чего там началась самая настоящая бойня. Вот как её описал в своих воспоминаниях руководитель Оперативной группы Министерства обороны Советского Союза в Афганистане генерал Валентин Варенников

    «Рота расползлась по селению. Вдруг справа и слева с высот начали бить сразу несколько крупнокалиберных пулемётов. Все солдаты и офицеры выскочили из дворов и домов и рассыпались вокруг кишлака, ища убежище где-то у подножия гор, откуда шла интенсивная стрельба. Это была роковая ошибка. Если бы рота укрылась в этих саманных домах и за толстыми дувалами, которые не пробиваются не только крупнокалиберными пулеметами, но и гранатомётом, то личный состав мог бы вести бой и сутки, и больше, пока не подошла бы помощь.

    В первые же минуты был убит командир роты и разбита радиостанция. Это внесло еще больший разлад в действия. Личный состав метался у подножия гор, где не было ни камней, ни кустика, которые бы укрыли от свинцового ливня. Большая часть людей была перебита, остальные ранены.

    И тогда душманы спустились с гор. Их было десять — двенадцать человек. Они посовещались. Затем один забрался на крышу и стал вести наблюдение, двое ушли по дороге в соседний кишлак (он был в километре), а остальные начали обходить наших солдат. Раненых, набросив им на ступню ноги петлю из ремня, волоком подтаскивали ближе к кишлаку, а всем убитым делали контрольный выстрел в голову.

    Приблизительно через час двое вернулись, но уже в сопровождении девяти подростков в возрасте десяти — пятнадцати лет и трех больших собак — афганских овчарок. Предводители дали им определенное наставление, и те с визгом и криками бросились добивать наших раненых ножами, кинжалами и топориками. Собаки грызли наших солдат за горло, мальчишки отрубали им руки и ноги, отрезали носы, уши, распарывали животы, выкалывали глаза. А взрослые подбадривали их и одобрительно смеялись.

    Через тридцать-сорок минут всё закончилось. Собаки облизывались. Два подростка постарше отрубили две головы, нанизали их на кол, подняли, как знамя, и вся команда остервенелых палачей и садистов отправилась обратно в кишлак, прихватив с собой все оружие погибших».

    Вареников пишет, что в живых тогда остался только младший сержант Владимир Турчин. Солдат спрятался в речные камыши и своими глазами видел, как истязали его товарищей. Только на следующий день ему удалось выбраться к своим. После трагедии с ним пожелал увидеться сам Вареников. Но разговора не получилось, ибо как пишет генерал:

    «Он весь дрожал. Не просто немного подрагивал, нет, у него дрожало всё — лицо, руки, ноги, туловище. Я взял его за плечо, и эта дрожь передалась и по руке мне. Было такое впечатление, что у него вибрационная болезнь. Даже если что-то говорил, то клацал зубами, поэтому старался отвечать на вопросы кивком головы (соглашался или отрицал). Бедняга не знал, что делать с руками, они очень дрожали.

    Я понял, что серьёзного разговора с ним не получится. Посадил и, взяв его за плечи и стараясь успокоить, стал утешать его, говорить добрые слова, что все уже позади, что надо войти в форму. Но он продолжал дрожать. Глаза его выражали весь ужас пережитого. Он был психически тяжело травмирован».

    Наверное, такая реакция со стороны 19-летнего мальчишки не удивительна — от увиденного зрелища двинуться разумом могли и вполне взрослые, повидавшие виды мужчины. Говорят, что Турчин даже сегодня, спустя почти три десятка лет, до сих пор не пришёл в себя и категорически с кем-либо отказывается говорить на афганскую тему...

    Бог ему судья и утешитель! Как и всем тем, кому своими глазами довелось видеть всю дикую бесчеловечность афганской войны.



    Вадим Андрюхин, главный редактор

    ОтветитьУдалить