вторник, 24 января 2017 г.

Геноцид казачества

24 января 1919 года по инициативе председателя ВЦИК Якова Михайловича Свердлова была принята секретная директива ЦК РКП(б) «Об истреблении казачества». Эта дата отмечается как День памяти жертв геноцида казаков.


В директиве прямым текстом говорилось об истреблении казачества. «Учитывая опыт года гражданской войны с казачеством, признать единственно правильным самую беспощадную борьбу со всеми верхами казачества путем поголовного их истребления. Никакие компромиссы, никакая половинчатость пути недопустимы. Поэтому необходимо:


1. Провести массовый террор против богатых казаков, истребив их поголовно; провести беспощадный массовый террор по отношению ко всем вообще казакам, принимавшим какое-либо прямое или косвенное участие в борьбе с Советской властью. К среднему казачеству необходимо применять все те меры, которые дают гарантию от каких-либо попыток с его стороны к новым выступлениям против Советской власти.

2. Конфисковать хлеб и заставлять ссыпать все излишки в указанные пункты, это относится как к хлебу, так и ко всем другим сельскохозяйственным продуктам.

3. Принять все меры по оказанию помощи переселяющейся пришлой бедноте, организуя переселение, где это возможно.

…5. Провести полное разоружение, расстреливая каждого, у кого будет обнаружено оружие после срока сдачи…»
Наиболее успешно большевики проводили лишь первые два пункта программы по уничтожению людей, которые верой и правдою служили Отечеству с момента образования первых казачьих поселений. Но уничтожить казачество как социальную, боевую силу было бесполезно, если не заселить земли казаков беднотой, которая рвалась к получению земли, причем бесплатной и на вечное пользование. Но Белые войска, в особенности казачьи соединения, препятствовали продвижению масс на юг. Это вызывало недовольство среди правительства ВКП(б).

На местах же ответственные за выполнение директивы оперативно отреагировали на нее и принялись за планомерное уничтожение казачества, о чем свидетельствует доклада Донбюро ЦК РКП А.Френкеля к VIII съезду, который проходил в марте 1919 года. Френкель пишет, что необходимо «… широко применить более радикальные террористические методы, указанные в той же инструкции ЦК, но еще не применяющиеся, а именно: экспроприация казачества (расказачивание) и массовое переселение их внутрь России, с вселением на их место пришлых трудовых элементов. Это лучшим образом растворит казачество», но при этом и добавляет что данные «мероприятия под силу только центру, где должна быть образована особая комиссия для разработки этого вопроса. И к этому необходимо приступить срочно. … всех казаков не уничтожишь, а при таких условиях восстания будут продолжаться».

Но, не смотря на весь террор в отношении казаков, никто не сдавался. С большевиками предпочитали бороться все, кто мог держать оружие, включая женщин и детей. Восстания вспыхивали на всех территориях, где хозяйничали большевики. Если восстание терпело положение, что бывало в большинстве случаев, так как у восставших не было должного количества оружия для борьбы, то это могло означать лишь одно, что все население станицы будет уничтожено. Так об одном восстании имеется директива Реввоенсовета 8-й армии № 1522 от 17 марта 1919 года, в которой говорится: «Реввоенсовет 8-й армии приказывает в наикратчайший срок подавить восстание предателей, воспользовавшихся доверием красных войск и поднявших мятеж в тылу. Предатели донцы еще раз обнаружили в себе вековых врагов трудового народа. Все казаки, поднявшие оружие в тылу красных войск, должны быть поголовно уничтожены, уничтожены должны быть и все те, кто имеет какое либо отношение к восстанию и к противосоветской агитации, не останавливаясь перед процентным уничтожением населения станиц, сжечь хутора и станицы, поднявшие оружие против нас в тылу. Нет жалости к предателям. Всем частям, действующим против восставших, приказывается пройти огнем и мечом местность, объятую мятежом, дабы у других станиц не было бы и помысла о том, что путем предательского восстания можно вернуть красновский генеральско-царский режим.»

Поняв, что казачество уничтожить невозможно только силой и это вызывает еще больше сопротивление Троцкий (Бронштейн) пишет документ, в котором обещает покровительство середнякам, бедному казачеству, призывает перейти казаков на сторону красных, говоря о помиловании. Но все это было гнусной ложью, ибо среди населения нашлись и такие, которые были готовы поверить большевикам и пострадали за это. Но во всей революционной прессе того времени, пишутся призывы об уничтожении казаков, об их «вражьей сущности», а в это же время Троцкий полностью противоречит своему очередному документу, направленному казачеству. На митингах и выступлениях он говорит лишь одну фразу, которая доказывает, что казаки должны были исчезнуть с лица Земли. Он говорит: «Казаки — единственная часть русской нации, способная к самоорганизации. По этой причине они должны быть уничтожены поголовно... Это своего рода зоологическая среда, и не более того... Очистительное пламя должно пройти по всему Дону и на всех них навести страх и почти религиозный ужас... Пусть последние их остатки, словно евангельские свиньи, будут сброшены в Черное море…»

Как писал в приказе-воззвании в августе 1919 г. Ф. Миронов (сам своим сотрудничеством с большевиками увлекший на предательство и гибель тысячи казаков): «Население стонало от насилий и надругательств. Нет хутора и станицы, которые не считали бы свои жертвы красного террора десятками и сотнями. Дон онемел от ужаса... Восстания в казачьих областях вызывались искусственно, чтобы под этим видом истребить казачество». В некоторых станицах было уничтожено до 80% жителей. Только на Дону погибло от 800 тысяч до миллиона человек - около 35% населения.

Еще свидетельство - посланного на Дон московского коммуниста М. Нестерова: «Партийное бюро возглавлял человек.., который действовал по какой-то инструкции из центра и понимал ее как полное уничтожение казачества... Расстреливались безграмотные старики и старухи, которые едва волочили ноги, урядники, не говоря уже об офицерах. В день расстреливали по 60~80 человек... Во главе продотдела стоял некто Голдин, его взгляд на казаков был такой: надо всех КАЗАКОВ вырезать! И заселить Донскую область пришлым элементом...».

Другой московский агитатор, К. Краснушкин: «Комиссары станиц и хуторов грабили население, пьянствовали... Люди расстреливались совершенно невиновные — старики, старухи, дети... расстреливали на глазах у всей станицы сразу по 30-40 человек, с издевательствами, раздевали донага. Над женщинами, прикрывавшими руками свою наготу, издевались и запрещали это делать...». Именно осуществление директивы Оргбюро привело к восстанию на Верхнем Дону 11 марта 1919 г.

Вешенское восстание было подготовлено политикой расказачивания, принудившей население станиц и хуторов поголовно взяться за оружие. И это при том, что совсем недавно они отказывались воевать против красных, а их первоначальные лозунги были «За Советы против коммуны и расстрелов!» Причем, первой восстала та самая станица Казанская, что незадолго до этого чуть ли не хлебом-солью встречала большевиков!..

Побывавшие в восставшей Вешенской летчики Бессонов и Веселовский докладывали Войсковому Кругу: «В одном из хуторов Вешенской старому казаку за то только, что он в глаза обозвал коммунистов мародерами, вырезали язык, прибили его гвоздями к подбородку и так водили по хутору, пока старик не умер. В ст. Каргинской забрали 1 000 девушек для рытья окопов. Все девушки были изнасилованы и, когда восставшие казаки подходили к станице, выгнаны вперед окопов и расстреляны... С одного из хуторов прибежала дочь священника со «свадьбы» своего отца, которого в церкви «венчали» с кобылой. После «венчания» была устроена попойка, на которой попа с попадьей заставили плясать. В конце концов батюшка был зверски замучен...».

После оккупации красными Юга России репрессии прокатились по областям Кубанского и Терского войск. При выселении терских станиц Калиновской, Ермоловской, Самашкинской, Романовской, Михайловской, Асиновской красные горцы убили 35 тысяч стариков, женщин и детей (и вселились в опустевшие станицы). За один лишь прием были вывезены на север и расстреляны 6 тысяч кубанских офицеров.

К концу 1920 году остатки Кубанской армии - преимущественно рядовые казаки, - сложив оружие, расходились по домам. Казалось бы, реальный шанс для большевиков добиться замирения. Однако советская 9-я армия лишь усиливала репрессии. В одном из ее отчетов учтены карательные акции за время с 1 по 20 сентября: "Ст. Кабардинская - обстреляна артогнем, сожжено 8 домов... Хутор Кубанский - обстрелян артогнем... Ст. Гурийская - обстреляна артогнем, взяты заложники... Хут. Чичибаба и хут. Армянский - сожжены дотла... Ст. Бжедуховская - сожжены 60 домов... Ст. Чамлыкская - расстреляно 23 человека... Ст. Лабинская - 42 чел... Ст. Псебайская - 48 чел... Ст. Ханская - расстреляно 100 человек, конфисковано имущество, и семьи бандитов отправляются в глубь России... Кроме того, расстреляно полками при занятии станиц, которым учета не велось..." И вывод штаба армии: "Желательно проведение в жизнь самых крутых репрессий и поголовного террора!.." Ниже - зловещая приписка от руки: "Исполнено".

При т.н. "конфискациях" у казаков порой выгребались все имевшиеся вещи, вплоть до женского нижнего белья!..

Одновременно развернута была кампания обоснования террора в большевицкой печати. Например, в феврале 1919г. газета "Известия Наркомвоена" (выходившая фактически под прямой редакцией Троцкого) писала: "У казачества нет заслуг перед русским народом и государством. У казачества есть заслуги лишь перед темными силами русизма... По своей боевой подготовке казачество не отличалось способностями к полезным боевым действиям. Особенно рельефно бросается в глаза дикий вид казака, его отсталость от приличной внешности культурного человека западной полосы. При исследовании психологической стороны этой массы приходится заметить сходство между психологией казачества и психологией некоторых представителей зоологического мира..."

Вспоминая события тех лет, даже убежденный коммунист М.Шолохов пишет (письмо Горькому от 6 июня 1931г.): "Я нарисовал суровую действительность, предшествующую восстанию; причем сознательно упустил такие факты... как бессудный расстрел в Мигулинской станице 62 казаков-стариков или расстрелы в станицах Казанской и Шумилинской, где количество расстрелянных казаков (б.выборные хуторские атаманы, Георгиевские кавалеры, вахмистры, почетные станичные судьи, попечители школ и проч. буржуазия и контрреволюция хуторского масштаба) в течение 6 дней достигло солидной цифры - 400 с лишним человек..."

Активное истребление шло до 1924 года, после чего наступило некоторое затишье. Конечно, аресты продолжались, приутихла лишь волна бессудных расправ. Советская власть, изображая "гражданский мир", добивалась возвращения эмигрантов (дабы окончательно ликвидировать угрозу с их стороны). Первое время "возвращенцев" не трогали...

К 1926 году на Дону оставалось не более 45% прежнего казачьего населения, в других войсках - до 25%, а в Уральском войске - лишь 10% (оно чуть ли не целиком снялось с места, пытаясь уйти от безбожной власти). Было уничтожено и выброшено из страны много казаков старше 50 лет - хранителей традиций.

Особая роль в организации расказачивания принадлежала Ленину. В последние десятилетия советской власти для многих даже самых записных диссидентов общим местом было, подчеркивая репрессивную антинародную сущность сталинского режима, кивать на "доброго" Ильича. Действительно, довольно ранняя смерть Ленина оставила возможность неких предположений, будто при нем бы все было совсем иначе. Тем более что огромное количество документов, вышедших за его подписью, с категорическими "расстрелять", "беспощадно и повсеместно", было надежно упрятано в архивах.

Сегодня мы знаем - изуверская директива Оргбюро вовсе не готовилась в тайне от "вождя мирового пролетариата", без его ведома. Ленин не только знал о происходящем, но и лично участвовал в выработке политики большевицких властей по отношению к казакам. Достаточно вспомнить ленинскую телеграмму Фрунзе по поводу "поголовного истребления казаков"!

После ухода Белой армии с земель, населенных казаками, власть в свои руки полностью и окончательно берут большевики, ставящие своих комиссаров во главе станиц и хуторов. Но новое руководство продолжает чинить насилие над населением, отбирать скот и продукты, а отобранная земля не подлежала возврату. Но решающим действием большевиков по уничтожению казаков стала их массовая депортация. Так на Кубани 25 января 1931 года была осуществлена депортация казачества в числе 9 000 семей, около 45 000 человек из районов Черноморья были выселены на освоение засушливых районов Ставрополья и Сальских степей. В течение 1930-1931 годов было арестовано и депортировано не менее 300 000 казаков из различных регионов, в большей степени из Уральской области и бывших территорий казачества на Северном Кавказе.

Таким образом, казачество должно было сгинуть в концлагерях, на тяжелых работах на Севере, пасть под пулями комиссаров, сгореть вместе со своими станицами и исчезнуть, как некогда исчезли маленькие несостоятельные народы. Но не исчезли казаки, не исчезла казачья культура и не сгорели все станицы. Именно тем, кто уцелел в эмиграции, в СССР, не смотря на всю политику, которая по прежнему пыталась извести казачество на нет, суждено было сохранить ту великую часть русской культуры, которою мы помним и которой гордимся до сих пор. Но Российское казачество, как сообщество, подвергшееся террору и репрессированное в годы советской власти было первоначально реабилитировано Постановлением ВС РФ от 16.07.1992 N 3321-1 «О реабилитации казачества». В обращении 18 января 2007 года Президент Карачаево-Черкесской Республики Батдыев М.А-А. заявил, что 24 января 1919 года стало трагической датой в судьбе казачества. С тех пор день памяти казаков – жертв памяти политических репрессий и геноцида проходит во всех казачьих округах.

Виктор Щедрин http://www.belrussia.ru/page-id-102.html

Комментариев нет :

Отправить комментарий