четверг, 6 октября 2016 г.

28 панфиловцев: история развенчания легенды

В газете «Красная звезда» 22 января 1942 года был опубликован очерк заведующего литературным отделом Александра Кривицкого «О 28 павших героях», в котором он подробно написал о подвиге 28 панфиловцев 316-й стрелковой дивизии, сформированной осенью 1941 года в Алма-Ате.

Монумент 28 гвардейцам-панфиловцам, Алматы

Однако очерк в военном издании был написан по следам статьи от 27 ноября 1941 года фронтового корреспондента Василия Коротеева «Завещание 28 павших героев». Он изобилует многочисленными неточностями и первоначально был признан российскими историками «недостоверным» и как «пропагандистский миф». А 7 июня 2015 года на сайте государственного архива Российской Федерации опубликовали справку от 10 мая 1948 года, составленную военным прокурором Н. Афанасьевым. На страницах содержится краткий доклад о ходе расследования известного мифа о «28 панфиловцах» (в настоящее время заключение Главной военной прокуратуры СССР находится по ссылке http://www.statearchive.ru/607). Справка была опубликована с подачи тогдашнего директора Государственного архива России (ГАРФ) Сергея Мироненко, известного своими антисоветскими взглядами. Вследствие чего разгорелся публичный конфликт Мироненко и министра культуры Владимира Мединского. В марте 2016 года Сергей Мироненко был уволен с занимаемой должности.

Александр Кривицкий тогда написал знаменитые строки, которые наверняка запомнились миллионам послевоенных комсомольцев Советского Союза:

«Свыше пятидесяти вражеских танков двинулись на рубежи, занимаемые двадцатью девятью советскими гвардейцами из дивизии имени Панфилова. Смалодушничал только один из двадцати девяти… только один поднял руки вверх… несколько гвардейцев одновременно, не сговариваясь, без команды, выстрелили в труса и предателя…
Бой длился более четырех часов. Уже четырнадцать танков недвижно застыли на поле боя. Уже убит сержант Добробабин, убит боец Шемякин... Мертвы Конкин, Шадрин, Тимофеев и Трофимов... Воспаленными глазами Клочков посмотрел на товарищей. «Тридцать танков, друзья, - сказал он бойцам, - придется всем нам умереть, наверно. Велика Россия, а отступать некуда. Позади Москва...»
Прямо под дуло вражеского пулемета идет, скрестив на груди руки, Кожабергенов и падает замертво... Сложили свои головы все двадцать восемь».

Однако факты, приведенные в знаменитом очерке, который восторженно перечитывался всюду на фронтах и в тылу, уже в годы войны вызвали многочисленные вопросы как со стороны самих панфиловцев, так и «соответствующих» органов.

ОДНОФАМИЛЬЦЫ


Первые сомнения начались после того, как еще в ходе войны неожиданно «воскресли» шестеро из 28 панфиловцев, причем их военные судьбы оказались крайне противоречивыми.

Известно, что особисты в 1942 году арестовали за добровольную сдачу в плен немцам некоего красноармейца Даниила Кожабергенова, который сразу признался, что являлся одним из солдат 8-й гвардейской дивизии имени Панфилова.

Выяснилось, что он был связным политрука Василия Клочкова и на утро знаменитого боя был отправлен с донесением в Дубосеково, где и попал в плен. Вечером 16 ноября Даниил Кожабергенов бежал из плена в лес и спустя какое-то время был обнаружен в тылу врага конниками Льва Доватора.

Командир стрелкового полка нашел неожиданный выход и в рапорте наверх сообщил об опечатке, и вместо Даниила Кожабергенова званием Героя Советского Союза посмертно был награжден однофамилец Аскар Кожабергенов, который погиб в первый же месяц после прибытия в ряды панфиловской дивизии в январе 1942 года. Таким образом, награжденный однофамилец никак не мог участвовать в той самой знаменитой схватке под Дубосеково.

Выживший Даниил Кожабергенов, который фантазиями военного корреспондента «со скрещенными руками пошел под пулемет», немедленно был отправлен на фронт. По имеющимся данным, он был тяжело ранен и демобилизован. До пенсии Даниил Кожабергенов работал кочегаром и остаток жизни прожил в Алма-Ате, где и умер в 1976 году.

Памятная плита в честь одного из 28 гвардейцев-панфиловцев – Даниила Кожабергенова, Алматы

СЕМЬ ЛЕТ ЛАГЕРЕЙ


Еще более трагично сложилась судьба у Ивана Добробабина, который значился первым в списке награжденных посмертно: он был арестован в ноябре 1947 года в Украине и обвинен в государственной измене.

Хотя в те годы было достаточно пленения в бессознательном состоянии, чтобы получить 10–15 лет лагерей на Крайнем Севере, но Иван Добробабин признался в том, что он, раненный  в ноябре 1941 года под Москвой, попал в плен к немцам. Сбежав от немцев, Иван Добробабин рванул к родственникам в деревню Перекоп Харьковской области, где служил полицаем у немцев.

Как пишет историк Артем Платонов, «когда в августе 1942 года появился немецкий приказ об отправке специалистов на работу в Германию, Добробабину пришлось стать полицаем в родном селе. Выбор был простой – либо полицай в Перекопе, либо в Германию на работы. О том, что это была вынужденная мера и Иван не предал Родину, говорит тот факт, что при Добробабине в селе не было ни одного случая казни коммунистов. Также не был выдан немцам ни один из скрывавшихся в селе раненых советских солдат».

По другим источникам, в марте 1943 года, после того как немцы были выбиты из Перекопа, Иван Добробабин явился к своим. И после годовой проверки его вновь зачислили в ряды Красной армии. Он воевал с марта 1944 года и до конца войны. Иван Добробабин был награжден орденом Славы 3-й степени.

Однако военные чекисты его вычислили уже в 1947 году. Историк Артем Платонов пишет: «Военный трибунал приговорил бывшего замкомвзвода к 15 годам лагерей. Хотели дать 25 за «измену Родине», но срок решили скостить – как-никак, все-таки один из тех самых 28 «панфиловцев». На свободу он вышел досрочно через семь лет».

Лариону Васильеву, Григорию Шемякину, Ивану Шадрину и Дмитрию Тимофееву удалось доказать свое героическое участие в знаменитом бою и им выдали "Золотые Звезды" Героев Советского Союза, но без лишней огласки.

Иван Шадрин сразу после легендарного боя попал в плен, где был до 1945 года, а позже ещё два года - в советском фильтрационном лагере для бывших узников концлагерей. Дома в Алтайском крае его никто не ждал, к 1947 году у его жены появился новый муж. Ведь он считался погибшим, да и шесть лет прошло.

РАССЕКРЕЧЕННЫЕ МАТЕРИАЛЫ


"Википедия" также сообщает, что «впервые публично в достоверности истории о панфиловцах усомнился В. Кардин. Это был псевдоним Эмиля Кардина – литературного критика, прозаика, опубликовавшего в журнале «Новый Мир» в феврале 1966 года статью «Легенды и факты» на основе рассекреченных к тому времени материалов расследования военной прокуратуры 1948 года.

В частности, в этих материалах содержатся показания бывшего командира 1075-го стрелкового полка Ильи Капрова:

«Никакого боя 28 панфиловцев с немецкими танками у разъезда Дубосеково 16 ноября 1941 года не было — это сплошной вымысел. В этот день у разъезда Дубосеково в составе 2-го батальона с немецкими танками дралась 4-я рота, и действительно дралась геройски. Из роты погибло свыше 100 человек, а не 28, как об этом писали в газетах. Никто из корреспондентов ко мне не обращался в этот период; никому никогда не говорил о бое 28 панфиловцев, да и не мог говорить, так как такого боя не было».

Лишь в 1997 году в журнале «Новый мир» историки Никита Петров и Ольга Эдельман опубликовали полный текст справки-доклада и ее главный вывод:

«Материалами расследования установлено, что подвиг 28 гвардейцев-панфиловцев, освещенный в печати, является вымыслом корреспондента Коротеева, редактора «Красной звезды» Ортенберга и в особенности литературного секретаря газеты Кривицкого. Этот вымысел был повторен в произведениях писателей Тихонова, Ставского, Бека, Кузнецова, Липко, Светлова и других и широко популяризировался среди населения Советского Союза».

ПРИЗНАНИЯ МИФОТВОРЦА


Окончательные сомнения в подлинности событий развеяли показания самого автора мифа Александра Кривицкого, который позже признался, что «в части же ощущений и действий 28 героев — это мой литературный домысел. Я ни с кем из раненых или оставшихся в живых гвардейцев не разговаривал. Из местного населения я говорил только с мальчиком лет 14–15, который показал могилу, где похоронен Клочков».

Слова из призыва политрука Клочкова - фрагмент монумента 28 гвардейцам-панфиловцам. Алматы.

Александр Кривицкий также признался в авторстве знаменитой фразы «Велика Россия, да отступать некуда — позади Москва», которую он приписал погибшему политруку Василию Клочкову.

Главный критик истории с 28 панфиловцами Эмиль Кардин писал в 2000 году в журнале «Вопросы литературы», что «надо проникнуться тогдашним восприятием и попытаться понять редактора. Вспомнить, насколько тяжко складывалась фронтовая обстановка и какова была потребность в солдатском самопожертвовании. Пусть «положительный пример» дойдет далеко не до всех. Но тех, до кого дойдет, увлечет своей достоверностью. Примерно так размышлял главный редактор, свято веря в печатное слово, не отдавая себе отчета в соотношении факта, взятого с поля боя и из головы».


ОТНОШЕНИЕ К ФАЛЬСИФИКАЦИИ


Александр Минкин, обозреватель газеты «Московский комсомолец», комментируя историю с 28 панфиловцами в мае 2009 года в передаче Радио Свобода, заявил:

«Эта фальсификация была не сейчас сделана. Она была сделана во время войны для поддержания боевого духа. Такую штуку осуждать я бы поберегся. Пытались поднять дух солдат. Фронт валится и валится. Мы отступаем с большой скоростью. В окружении пропадают целые армии. Чем-то боевой дух надо поднять. И дай им бог здоровья, если эта история кому-то подняла боевой дух».

Рой Медведев, рассуждая о причинах фальсификаций в истории, прокомментировал вымысел так: «История - это невероятно сложная наука, и ей нужно заниматься очень серьезно. И это трудная вещь, нужно дискутировать, нужно допускать любые честные толкования. Но фальсификация – это действительно политическая, это чаще всего злонамеренная ложь».

ИТОГИ


Впрочем, вряд ли случай с 28 панфиловцами станет объектом пересмотра официальной истории – никто не заинтересован в нем. Подвергая сомнению реальность этого события, никто из современных историков не оспаривает героизм панфиловской дивизии, не пропустившей нацистов к Москве.

Последняя страница справки-доклада главного военного прокурора Н. Афанасьева «О 28 панфиловцах» от 10 мая 1948 http://www.statearchive.ru/607

Расследование прокуратуры, проведенное в 1948 году, показало, что история о подвиге панфиловцев из газеты «Красная звезда» представляет собой «вымысел корреспондента» и других сотрудников издания. В бою погибли не 28, а свыше 100 человек из 4-й роты 2-го батальона 1075-го стрелкового полка. Весь полк уничтожил 15 танков, хотя в заметке ошибочно говорилось, что погибшие 28 героев подорвали 18 боевых машин.

Источник http://rus.azattyq.org/a/kazakh_second_world_war_panfilov_/1964655.html

Комментариев нет :

Отправить комментарий