среда, 5 октября 2016 г.

Как халатность советского командования довела крымских партизан до каннибализма

Каннибализм - это еще один аспект прошедшей Второй мировой войны, мало изученный. Факты из «жизни» советской партизанщины на оккупированных Германией и её союзниками территориях. Фактов этих немало. Просто – самые вопиющие, самые откровенные – все-таки тщательно скрывались коммунистами. Сейчас они – понемногу, но все-таки начали открываться. Подлинная история советских партизан — была чудовищно жестока, кровава и страшна: предательство и братоубийство, бессудные расправы и пытки пленных, и чудовищный голод, доводивший людей до людоедства…


Чтобы понять, как в середине ХХ века люди могли дойти до состояния людоедства, нужно взять за основу сохранившиеся документы как оккупационных властей, так и советской стороны. Вот отчет начальника Центрального штаба партизанского движения в Крыму на этапе его И.Сметанина: «Количество заготовленных продуктов вообще было рассчитано на 3-4 месяца. Даже в феврале 1942 г. оставшиеся продукты расходовались в отрядах бессистемно и без учета. Техническая закладка продовольственных баз проводилась необдуманно и небрежно…Ямы баз заранее не просушивались, вследствие чего пропало (сгнило) много продуктов. Были также случаи, когда лица, которые закапывали продукты, впоследствии не могли найти этих ям. Оказалось, что они в тот период работали бесконтрольно, выпивали…отсутствие мучных продуктов и сахара все же постепенно истощало силы людей, а к концу марта наступил голод (случаи голодной смерти)».


Тема людоедства в партизанском движении Крыма до настоящего времени находилась вне сферы внимания историков. Упоминания об этом находим лишь в начале XXI ст. в работах крымских исследователей Евгения Мельничука, Владимира Полякова.

С апреля 1942 г. устанавливается воздушный мост, но снабжение партизан по-прежнему оставалось совсем плохим. Как выяснилось, во многом это объяснялось тем, что член Военного Совета фронта Лазарь Каганович был убежден, что партизаны сами должны добывать себе продовольствие у врага. В мемуарах одного из руководителей партизанского движения в СССР полковника Старинова есть поразительный эпизод: «Я сумел попасть на прием к Кагановичу. Но как только речь зашла о крымских партизанах, он резко прервал меня, заявив, что милостыню не подает, обругал и выставил из кабинета».

Командование фронтом абсолютно не понимало крымских реалий. Вот фрагмент текста приказа, адресованного крымским партизанам: «Трудно себе представить, что партизаны умирают с голода в Крыму, где столько хлеба и мяса. Не время теперь надеяться на государственный паек. Все за счет противника и ничего от государства». 

Лучшая иллюстрация того, что происходило в Крыму - это динамика численности партизан: ноябрь 1941 г. - 3700 человек; май - 1942-2820; январь - 1943-349, февраль 1943 г. - 266, август 1943 г. - 214 человек!

Сообщения о первых фактах людоедства стали поступать в Крымский обком ВКП (б) уже в июне 1942 г.,впервые зафиксированы в отчете Ивана Сметанина: «Имели место случаи людоедства в отряде т. Макарова — людоеды были расстреляны». Председатель Алуштинского горисполкома Н. Лунин сделал вот такую запись от 30 мая 1942 г: «Когда прибыл в лагерь, узнал страшную весть. Мищенко и Варваров были задержаны во время людоедства. Какое страшное человеческое падение…» Подробнее это явление нашло отражение в беседе от 3 июня 1944 года секретаря Крымского обкома ВКП (б) В. Булатова с бывшим командиром Севастопольского отряда М. Зинченко. Примечательно то, что он рассказывает о случае людоедства, произошедшего по собственной инициативе: «Дошли до Чайного домика. Бойцы говорят: мы пойдем в развалины, может, там что-нибудь найдем. Они ушли, а я задержался, сел на камень. Смотрю, мои бойцы идут с настроением. — Есть свинина! У меня тоже настроение поднялось. Мы ели лошадей, по семь месяцев лежали дохлыми. Берешь мясо, а оно расползается. Вот это мясо и ели. Когда они сварили, со мной был адъютант Гусаров. Я поел. Он мне и говорит: Товарищ командир, вы ели того бойца, что был оставлен немцами убитым. Немцы сожгли этот дом, он сгорел. Часть этого тела мы нашли и взяли. Ну, раз поели, так поели. Мстить лучше будем».

Первоначальная реакция руководства партизан на факты людоедства — не придавать огласке и ограничиться воспитательными беседами: «В средних числах апреля в 3-м Симферопольском отряде имел место случай людоедства со стороны бойца О.М.Бурцева, 1908 г. р., члена ВКП (б). Было принято решение факт огласке не подвергать и поговорить о недопустимости подобных явлений и этим ограничиться. Бурцев повторил факт людоедства, причем на этот раз привлек двух бойцов — Л.П. Ковтуна, 1913 г.р., беспартийный, и П.Е.Семикина, 1920 г.р., кандидата в члены ВКП (б). Факт стал известен всему отряду. Учитывая, что все они боевые товарищи, никаких замечаний не было, то они условно были приговорены к высшей мере». В мемуарах тему людоедства впервые отразил в 2004г. бывший партизан А. Сермуль: «В некоторых новых публикациях можно прочитать, что в партизанских отрядах были случаи людоедства, при этом приводится пример нашего 3-го Симферопольского отряда. Так вот, в 3-м отряде действительно был одни случай людоедства, правда, групповой. В сорок втором году, зимой немцы захватили лагерь, в том числе санитарный шалаш (мы жили тогда не в землянках, а строили шалаши), убили раненых, шалаш подожгли, и трупы туда побросали. Во время боя от отряда отбилась группа — 4 человека. Они трое суток блуждали по лесу, искали своих, пришли па это горелое место и от запаха горелого мяса, от голода просто обезумели. Стали ножами резать эти трупы обгоревшие и есть. Возможно, об этом бы никто не узнал, но они еще с собой в отряд части этих трупов притащили.

Ну, когда об этом стало известно, то Макаров, Чукин (командир и комиссар) и Шагибов, начальник разведки, приняли решение расстрелять их. Больше таких случаев, насколько мне известно, не было». А вот, какие показания давал военному трибуналу о произошедшем людоедстве, один из непосредственных участников «пиршества»: «Зайдя в одну из сгоревших палаток, где лежал труп бойца, я взялся за обгоревшую руку, рука отделилась от туловища. Я решил руку съесть, поскольку она была уже сваренная на огне. Съел половину руки, то есть всю мякоть, и вполне наелся, почувствовал себя бодро. Там же на следующий день я стал варить мясо мертвых бойцов, но уже не сам, а с политруком Христофоровым, который присоединился ко мне, и бойцом Долговым, которые узнали, что я ел человеческое мертвое тело, и стали вместе со мной варить и есть. 12 мая я был командирован с группой — Долгов, Данилкин и Нагорный для захоронения трупов. Придя в лагерь, я нашел убитого политрука Христофорова, у которого живот кто-то разрезал, и, когда я осмотрел его, то обнаружил, что внутренности у него отсутствовали.Тогда я решил разбить череп Христофорова и взять из головы мозги для своего питания. Для этого я сам, без посторонней помощи дробил в голове отверстие и вынул мозги, сварил их с липовым листьями. Поели втроем, то есть я, Нагорный и Долгов. Я приказал вынуть внутренности у другого убитого, и мы стали их варить, когда в это время пришел начальник штаба Пащенко и комендант Паршин, которые выбросили ведро с содержанием, а нас задержали и привели в отряд». Интересны и мемуары начальника особого отдела одного из партизанских отрядов М. Колпакова: «В ночное время в штабную палатку буквально вбежал дежурный по лагерю и доложил, что он видел, как от места захоронения умерших от голода партизан четыре человека проехали в палатку нашего отряда. Осмотрев палатки, я наткнулся на противогазную сумку, при прикосновении к которой почувствовал, что в ней мясо.

В результате проведенного расследования выяснилось следующее. Один из партизан как-то рассказал, что в 1933 г. жил на Украине, перенес голод. Между прочим сказал, что те, кто ел мясо умерших, остались живы, а те, кто не ел — умерли голодной смертью. Нам, мол, тоже это грозит со дня на день. Под впечатлением от услышанного четыре партизана решили спасти себя от голодной смерти употреблением мяса умерших партизан. Три ночи приносили мясо, готовили вместе с выданной им мукой и ели. Другие партизаны участия не принимали, мяса не касались. Несмотря на то, что все это делалось открыто, на глазах, никто не решился остановить уголовно караемые действия четырех, все заняли нейтральную позицию. В конце января 1943 обратили внимание, что у некоторых умерших вырезаны печень и ягодичные мышцы, по снегу виднелись кровавые следы, которые вели к палаткам. Было обнаружено шесть человек. среди них Сагалай, Харашин, Южаков, Колядинский, Беляев, которые при допросе признались, что сами себя спасти, потребляя человеческое мясо. Все шестеро человек были трибуналом осуждены и расстреляны, из них четверо — коммунисты».

Случаи людоедства стали такими массовыми среди партизан, что вынудило их руководство вовсю применять расстрелы. В ответ в отдельных «людоедских» отрядах вспыхивали бунты, сопровождавшиеся убийствами командиров и дезертирством.

Не чужды людоедству были и партизаны прятавшиеся в катакомбах расположенных под городом Одесса, оккупированной союзником Рейха Румынией. Показательной в этом отношении является история группы под командованием А.Ф.Солдатенко состоящий из 17 человек.

Румыны заблокировали его отряд под землёй, лишив надежды на выход. По сведениям румынских протоколов допросов, блокированные партизаны стали страдать от недостатка воды и питания, что в итоге привело их к людоедству. Спустя несколько месяцев, после начала блокады, в отряде начались первые дисциплинарные бунты. 21 января 1942 г., за распространение пораженческих настроений и подстрекательство к сдаче в плен, Солдатенко расстрелял Еременко и супругов Бяликов. Опасаясь за свою жизнь, Мельников, Черный, Буряк и Быстрицкий тайно бежали из катакомб, сумев каким-то образом незаметно выбраться на поверхность, минуя румынские посты, но впоследствии трое из них были арестованы сигуранца .Вскоре после первого побега, из катакомб ушли и сдались румынам Колос, Богушевский и Драчук, от которых и была получена информация о последних днях жизни отряда. От фактического безделья у партизан начались галлюцинации, тогда партизаны расстреливали друг друга, а тела пускали в пищу. После их побега оставалось ещё три человека: сам Солдатенко, Малицкая и Николенко. Румынский суд 12 мая 1942 г. приговорил всех шестерых вышедших на поверхность к расстрелу по обвинению в каннибализме. Впоследствии представители румынской службы безопасности спускались на место бывшего лагеря, осматривали его и даже фотографировали.

Проявления людоедства использовались партизанами так же и для устрашения своих противников.

По материалам:
Людоедство среди крымских партизан. Статья полностью http://argumentua.com/stati/lyudoedstvo-tragicheskaya-realnost-partizanskogo-dvizheniya-kryma
Сообщение директора сигуранца о людоедстве одесских партизан http://guralyuk.livejournal.com/818984.html
Отрывок из книги Б. Соколова "Оккупация". Антипартизанская листовка распространявшаяся русскими добровольцами летом и осенью 1942 года в Смоленской области (район Рославля).
http://ipvnews.org/bench_article04062012.php

Комментариев нет :

Отправить комментарий